Из книги Н.Бессонова «Суды над колдовством».

Из книги Н.Бессонова Суды над колдовством. Германия XVII века. В землю на пустыре вкопаны столбы. Вокруг них штабеля брёвен. Загодя приготовлены цепи и вязанки хвороста. Народу на казнь

Германия XVII века. В землю на пустыре вкопаны столбы. Вокруг них штабеля брёвен. Загодя приготовлены цепи и вязанки хвороста. Народу на казнь собралось много, но столпотворение не предвидится. Это во времена ранних процессов со всех окрестностей собиралось по шесть-восемь тысяч зрителей.
Хозяева трактиров и постоялых дворов изрядно пополняли свои кошельки. Теперь острое зрелище приелось. Обгорелые проплешины на местах сожжений стали обычной частью ландшафта — настолько заурядной, что в диковинку это было только для иноземца.
В 1631 году кардинал Альбицци записал по дороге в Кёльн: «Ужасное зрелище предстало перед нашими глазами. За стенами многих городов и деревень мы видели многочисленные столбы, к которым привязывали бедных несчастных женщин и сжигали как ведьм».
Как образно выразился фон Шпее, «по всей Германии отовсюду поднимается дым костров, который заслоняет свет…». Известный историк Иоганн Шерр сделал те же обобщения: «…Каждый город, каждое местечко, каждое прелатство, каждое дворянское имение в Германии зажигало костры…»
Вот выхваченная наугад маленькая деревушка Рейхертсхофен. Здесь в середине XVII столетия охота на ведьм унесла пятьдесят жизней. Малонаселённый Вейзенштейн отправил на костёр за один лишь 1562 год шестьдесят три женщины. А в окрестностях Страсбурга с 1615 по 1635 год сожгли пять тысяч женщин и девушек.
Чаще всего список казнённых пополнялся постепенно. За один раз обычно сжигали по две или три жертвы. Таков был ритм «спокойных» времён. Зато во время всплесков истерии устраивались аутодафе, поражающие своим размером даже привычных ко всему немцев.
Хроника города Брауншвейг за 1590 год содержит очень яркое сравнение. «Место казни выглядело подобно небольшому лесу из-за числа столбов», — гласит хроника. Силу немецкого террора можно оценить особенно зримо, если мы одновременно, как бы с высоты птичьего полёта окинем взглядом разные места. Мысленно перенесёмся в октябрь 1582 года.
Каждый городишко отличился многолюдной казнью, ведя счёт жертв на десятки,- и всё это с интервалом в несколько дней. Поистине прав был французский судья Анри Боге, описавший около 1600 года свои впечатления: «Германия почти сплошь покрыта кострами, сложенными для ведьм.
Швейцария также была вынуждена стереть с лица земли многие из своих деревень. В Лотарингии путник может видеть тысячи и тысячи столбов, к которым привязаны колдуньи». Сам Анри Боге орудовал в графстве Бургундия, где был верховным судьёй. Его стараниями сожжено 600 ведьм.
Другим странам было трудно угнаться за германскими княжествами. Тем не менее, и во Франции отмечены массовые казни.
Идейными вдохновителями были иезуиты. В первую очередь казнили тех, кто выделялся среди горожан красотой, богатством, должностью или хорошим образованием. Одновременно погибло много детей, которые ничем ещё не успели себя проявить.
Самые поздние казни относятся к 1631 году. От дальнейших преследований население Вюрцбурга и Бамберга спасла война. При подходе протестантской армии католические прелаты со своими сокровищами бежали в Кёльн. После 1631 года в Кёльне собрались: архиепископ Майнцский, епископы Бамбергский, Вюрцбургский, Вормсский, Шпеерский, а также аббат Фульдский. На новом месте фанатики организовали ещё одну охоту на ведьм.
Через несколько лет сожжения в доселе терпимом Кёльне стали беспокоить даже римского Папу, и он послал в несчастный город двух кардиналов, чтобы ослабить манию. Почувствовав поддержку Рима, здравомыслящие люди воспряли духом и сумели обуздать зарвавшихся гостей.
Историки находят мало оправданий свирепым епископам. В их пользу говорят только два факта. Во-первых, вюрцбургский епископ действовал под влиянием фанатизма, а не только алчности. Он лично распорядился о казни юноши-племянника, хотя в дальнейшем очень сильно скорбел по утрате.
В графстве Нейссе (принадлежавшем епископству Бреславльскому) с 1640 по 1651 гг. сожжено около 1000 ведьм; мы имеем описания более чем 242 казней; между жертвами попадаются дети от 1 до 6 лет. В то же время в епископстве Ольмютц умерщвлено несколько сотен ведьм.
В Англии инквизиция уничтожила «всего лишь» около тысячи человек. При Генрихе VIII сжигали прежде всего лютеран; католикам «везло» — их вешали.
Во Франции первое известное сожжение состоялось в Тулузе в 1285 г., когда одну женщину обвинили в сожительстве с дьяволом, отчего она якобы родила помесь волка, змеи и человека. В 1320-1350 гг. на костры в Каркасоне взошли 200 женщин, в Тулузе — более 400.
В Тулузе же 9 февраля 1619 г. был сожжен известный итальянский философ-пантеист Джулио Ванини. Процедура казни регламентировалась в приговоре так: «Палач должен будет протащить его в одной рубахе на циновочной подстилке, с рогаткой на шее и доской на плечах, на которой должны быть написаны следующие слова: «Атеист и богохульник».
Палач должен доставить его к главным вратам городского собора Сент-Этьен и там поставить на колени, босым, с обнаженною головой. В руках он должен держать зажженную восковую свечу и должен будет умолять о прощении Бога, короля и суд.
Затем палач отведет его на площадь Сален, привяжет к воздвигнутому там столбу, вырвет язык и задушит его. После этого его тело будет сожжено на приготовленном для этого костре и пепел развеян по ветру».
Историк инквизиции свидетельствует о безумии, охватившем христианский мир в XV-XVII веках: «Уже больше не сжигали колдуний поодиночке или парами, а десятками и сотнями. Говорят, что один женевский епископ сжег в три месяца пятьсот колдуний; епископ Бамберга — шестьсот, епископ Вюрцбурга — девятьсот; восемьсот было осуждено, по всей вероятности, за один раз сенатом Савойи…
В 1586 г. в Рейнских провинциях запоздало лето и холода держались до июня; это могло быть делом только колдовства, и трирский епископ сжег сто восемнадцать женщин и двух мужчин, у которых исторгли сознание, что это продолжение холодов было делом их заклинаний».
О вюрцбургском епископе Филиппе-Адольфе Эренберге (1623-1631) следует сказать особо. В одном только Вюрцбурге он организовал 42 костра, на которых были сожжены 209 человек, в том числе 25 детей в возрасте от 4 до 14 лет.
Среди казненных были самая красивая девушка, самая полная женщина и самый толстый мужчина — отклонение от нормы казалось епископу прямым свидетельством связей с дьяволом.
Вообще, в казнях ведьм, фанатики проявили удивительную изобретательность. Гравюры и зарисовки того времени показывают разнообразие приёмов. Там женщину, прикрутив к лестнице, опрокидывают лицом в бушующее пламя.
Тут палачи кладут посередине костра деревянную дверь, на которой бок о бок лежат три ведьмы. Эти мученицы привязаны с таким расчётом, чтобы огонь долго обугливал босые ноги и добрался до тела только после того, как прогорят снизу толстые доски.
Чаще всего художник изображает классическое сожжение у столба. Но и здесь есть варианты. Женщины и девушки прикручены к столбу стоя или сидя, по несколько сразу или поодиночке.
Письменные источники позволяют сделать ещё несколько добавлений. В Майнце в 1587 году ведьму водрузили на поленницу, заколотив живьём в бочку. В Рейнбахе осуждённых привязывали к столбу и обкладывали соломой сверху донизу — так, чтобы они полностью скрывались из виду.
Известно, что и в других городах сжигали в так называемом соломенном шалаше. А вот в Нейссе была создана кремационная печь. За один только 1651 год в этой печи были зажарены заживо сорок две женщины и юные девушки. На достигнутом силезские палачи не успокоились. За девять лет мучительную смерть приняло около тысячи ведьм, среди которых попадались даже двухлетние!
Свой способ сожжения выработали в Шотландии. Здесь от процессов осталось много счетов на оплату дров, столбов, соломы — короче, всего, что нужно для казни. Очень часто упоминается смоляная бочка.
Колдунью заставляли влезть в бочку высотою в половину её роста, потом привязывали к столбу и напихивали вокруг солому. Иногда в комплект поставок входили также уголь и просмолённая рубаха для смертницы.
Особо выделяется своей страшной натуралистичностью гравюра с казнью беременной женщины. Старинный автор взялся, в меру умения, показать, как от жара костра лопается живот, и ребёнок на глазах толпы вываливается в пламя. Палач при этом продолжает ворошить угли длинным шестом.
Подобные сцены действительно происходили в те жестокие времена. На острове Гернси, находящемся между Францией и Англией, костры пылали без малого два века подряд, вплоть до 1747 года; под казни была отведена площадь на перекрёстке Бордаж.
По подсчётам историков, женщин среди осуждённых за колдовство было в три раза больше, чем мужчин. При Марии Тюдор 18 июля 1556 года сожгли заживо мать с двумя дочерьми.
«Одна из дочерей, которую звали Перотина Масси, была беременна, а муж её, пастор, скрылся с острова дабы избежать расправы. От языков пламени и натуги, вызванной адской болью, чрево её лопнуло, и младенец, чудный мальчик, выпал в огонь, но его ещё живым вытащил некто Гус, из числа подручных палача. Видя, как всё странно складывается, бальи поразмыслил и велел швырнуть бедное дитя обратно в костёр».
Не приходится сомневаться, что при расправах над колдуньями творилось то же самое. Например, в Бамберге в 1630 году беременная жена советника Думлера была жестоко пытана и сожжена.
Тяжкие душевные муки испытывали матери, заодно с которыми осуждали на смерть их детей. В Австрии в 1679 году сожгли Эмеренцину Пихлер, а через пару дней вдогонку её детей двенадцати и четырнадцати лет.
Часто одновременно казнили несколько поколений родственников. В 1688 году целая семья, включая детей и прислугу, была сожжена за колдовство. В 1746 году сожгли не только обвиняемую, но и её сестру, мать и бабушку.

0 thoughts on “Из книги Н.Бессонова «Суды над колдовством».

Добавить комментарий