Необходимость выбирать, будучи впервые осознана еще в нежном возрасте, не отпускает человека всю его жизнь

Необходимость выбирать, будучи впервые осознана еще в нежном возрасте, не отпускает человека всю его жизнь Наделать в памперс сейчас или дождаться, когда поменяют Выгнать кошку из-под кровати

Наделать в памперс сейчас или дождаться, когда поменяют Выгнать кошку из-под кровати петардой или дымовушкой из неваляшки (Пояснение для тех, кто не застал или не очень помнит советские реалии: неваляшки, как и шарики для пинг-понга, делались из особого рода пластмассы. Если такую поджечь, а потом пламя задуть, получалось быстрое тление с огромным количеством едкого белого дыма. Мальчишки сплошь и рядом делали «дымовушки» — обломки пластмассы, завернутые в фольгу от шоколадок или сигарет). Продолжить посиделки пивком или сгонять за водочкой Презерватив надеть, или пронесет В прокуратуру или в ЗАГС Какая деменция (Приобретенное слабоумие) предпочтительней — сенильная (старческая) или алкогольнаяУтверждать, что Василий (пусть его будут звать так) был дружен с алкоголем, — все равно что заявлять, будто губернатор имеет некоторые бонусы из областного бюджета, помимо официальной зарплаты. С закрытыми глазами, только лишь по послевкусию и надежности поражающего действия выхлопа на пролетающих насекомых, он мог сказать, какой завод выпускал фанфурик с перцовкой, какова дата выпуска антисептической жидкости и в каком из гаражей бодяжили настойку боярышника (она же коньяк медицинский, расфасовка в пузырьках и пакетиках по 100 миллилитров, но последние — стопудовая паленка).
Белая горячка посещала его раз пять или шесть, но потом заявила, что она женщина гордая, свободная, а визиты к Васе становятся подозрительно регулярными и скоро начнут смахивать на семейную жизнь, с постирушками и колотушками, что категорически претит ее натуре. И ушла. Вася было обрадовался: все, никаких рогатеньких и зелененьких, никаких пожаров, цунами и стрельб в отдельно взятой квартире, уж теперь-то он оторвется!
Отрывался долго, проявляя недюжинную смекалку в добывании средств на калдыр-вояж по местным аптекам и чудеса выносливости печени, которая стойко утилизировала упорно стремящиеся к летальным дозы спирта. Белая горячка оказалась дамой слова — так и не пришла. Зато под сводом черепа, перманентно гудящего от стремительно падающей концентрации алкоголя в крови, поселились два голоса.
Вначале Вася принял их за свои мысли, озвученные слишком ярко, и попытался напрячь пару извилин, чтобы это безобразие прекратить.
— Я те напрягу, гигант, блин, мысли! Напряжометр крякнет! — тут же пригрозил один из них, которого Вася окрестил Злюкой.
— Нет-нет, Вася, напрягай, дорогой, никак нельзя мозгу без напряжения, он от этого мягчеет! — возразил второй, Добряк.
«Етиловый спирт, вот же ж я попал…» — подумал Вася.
— Пьянь подзаборная обыкновенная, — резюмировал Злюка. — Работы нет, жены нет и, судя по отсутствию утренних поползновений воспрять хоть чем-то, — не предвидится. Вася, ты жалкая, никчемная личность! Догадайся, откуда цитата.
— «Золотой теленок» — робко предположил Вася.
— Ай молодец, ай красава! — возликовал Добряк. — Надо бы по этому поводу грамм по семьдесят пять…
«А это мысль…» — начал было Вася.
— Суицидальная по своей сути! — отрезал Злюка. — Хватит дразнить труповозку, они и так уже твой адресок на лобовом стекле держат, все не дождутся случая!
«Да ну!» — усомнился Вася.
— Ну да! — уверенно подтвердил Злюка. — Ты просто уже забыл, потому как от мозгов остались одни вдавления на черепе.
— Да ладно, не слушай его, Вася! Ты просто не злопамятный, вот и не помнишь плохого, правда
— Да-да, и про диплом инженера тоже! А ведь учился! Учился А теорему Коши помнишь Можешь не доказывать, хотя бы черкни!
«Не-е, я только это помню… Архимеда… про тело, впернутое в воду, во!» — обрадовался Вася.
— Вася, я твой навеки! — возликовал Добряк. — За это надо выпить!
— Вася, не сметь!
— Вася, кого ты слушаешь — это мизантропическое чмо или всего такого филантропического меня
— Вася, фу!
— Вася, он тебя за человека не считает!
— Вы оба, ша!
— Вася, он нас не уважает!
Вася сдался через месяц. Он пришел на прием нетвердой походкой, но в чистой рубашке и больших солнцезащитных очках — из тех, что так любят надевать за рулем юные барышни, — по одному о… э-э-э… одной линзе на каждое полушарие, — и попросил о помощи. Правда, просьба пациента звучала несколько необычно.
— Доктор, только все голоса убирать не надо, пожалуйста!
— Оставить Добряка, я правильно понял
— Нет, Злюку.

— ЕСЛИ ОН УЙДЕТ, Я СОПЬЮСЬ!!!
* * *
Даже у психически здоровых людей отношения с соседями зачастую складываются непростые. Что уж говорить про наших пациентов: зловредные соседи воздействуют на них особыми лучами, травят газом, колдуют, строят заговоры — спокойно сосуществовать нет никакой возможности. И ладно, если злодей один…
Алексею Петровичу (пусть его зовут так) в соседи достались милиционер (этажом выше) и врач (этажом ниже). Несколько лет они ничем своего дурного к нему отношения не выдавали, напротив — даже здоровались и улыбались при встрече. Не иначе, усыпляли бдительность. Провести этот трюк мог кого угодно, но только не его, человека старой закалки. Вон, Михаил Сергеич однажды бдительность уже потерял. А следом Советский Союз и кресло президента. Поэтому, выйдя на пенсию, Алексей Петрович все освободившееся время посвятил сканированию окружающего пространства на предмет латентных недоброжелателей и мимикрировавших врагов. Ведь не может у хорошего человека таковых не быть.
Соседи с момента его выхода на пенсию продержались три года. Не выдавали себя ни словом, ни делом. Что само по себе было еще подозрительнее. А однажды вечером до Алексея Петровича донесся резкий неприятный запах. В принципе, так мог пахнуть обычный жареный лук, но были в этом запахе очень подозрительные нотки. Луковая шелуха — вот оно что! И что-то химическое… а! Соляная кислота! Точно! Теперь все сомнения отпали: соседка снизу сбросила маску доброжелательности и перешла в газовую атаку. Ох, и сердце что-то прихватило — явно действие отравляющего газа… Вот что значит медик: все со знанием дела и так, что комар носа не подточит.
Сосед сверху присоединился к «веселью» неделей позже. В туалете и ванной таинственным образом стали появляться какие-то странные крошки и пылинки. Не иначе как из вентиляции. Явно со злым умыслом. Вначале Алексей Петрович не мог понять, в чем конкретно умысел заключался (в том, что он имел место, сомнений не было!), но слабеющая потенция и затрудненное мочеиспускание дали ответ: сосед сверху решил нанести удар по самому заветному.
В СЭС пробы воздуха, закатанные в банки, а также образцы пыли и крошек, собранные в пакетики, принимать отказались. Сговор — догадался Алексей Петрович. К его чести сказать, он не опустился до ответных мелких пакостей. Он сходил к соседям и попытался добрым словом разбудить в них совесть. Домой вернулся огорченный и с пополнившимся словарным запасом. Нет, какова наглость — заявлять, что ему надо к психиатру!
А через месяц сосед сверху предпринял массированную химическую атаку, умело замаскировав ее под потоп. Только сверху лилась не просто вода — туда явно добавили кислоту (облезла краска в ванной) и мышьяк (нездоровилось потом неделю). Возможно, еще что-то радиоактивное (с потенцией было нехорошо, но точно удостовериться не на ком). Материальный ущерб, конечно, возместили, но проводить спектральный анализ образцов снова отказались. И ничего странного: сговор, масштабный сговор. Еще сантехники, сволочи, бинокль сперли, как теперь двор просматривать Раньше глянул — и сразу видно, кто чем занимается, кто чего замышляет. Даже временами слышно, кто чего говорит. Говорят, правда, в основном гадости и в основном про него, но хоть врага в лицо знаешь. Хорошо, противогаз не нашли.
Сердце стало побаливать чаще — не иначе, соседка снизу опять химичила — и Алексей Петрович пошел на прием к терапевту. Вернувшись домой, тут же засел за письмо в прокуратуру. Это ж надо! Мало того, что доктор не может отличить отравление кислотой и луковой шелухой от возрастных изменений коронарных сосудов, так еще и усомнился в здравом уме пациента! К психиатру Алексей Петрович прекрасно помнил, кто его туда уже пытался послать! Дальше терпеть решительно невозможно! В этом городе сговорились все! Ну, ничего, где надо — разберутся. Эх, то-то тюрьмы переполнятся!
Что удивительно, на прием к психиатру он все же пришел. Собрав все свое мужество и подготовившись к самому худшему. Почему Дело в том, что и прокуратура, и уролог (враги врагами, а о себе позаботиться все же надо) отказались даже разговаривать, пока он не покажется в психоневрологический диспансер. Не президенту же писать. Доктор был корректен, на стационарном лечении не настаивал, хотя и обмолвился — мол, нервы бы подлечить неплохо, от нервов и сердечко может пошаливать, и потенция с думами о судьбах Родины обычно не дружит. Сошлись на дневном стационаре: говорят, у них там можно всех специалистов пройти в процессе лечения. А после обеда — домой, пока эти соседи совсем не распоясались. Да и двор надо держать под контролем, вот только бинокль бы у сантехников обратно реквизировать…

Добавить комментарий